Схиархимандрит Виталий (Сидоренко)

Схиархимандрит Виталий (в миру Виталий Николаевич Сидоренко) родился в 1928 г., в селе Екатериновка Краснодарского края. Уже в пятилетнем возрасте маленький подвижник начал поститься: мяса не вкушал совсем, а в среду и пятницу отказывался от молочной пищи. Когда ему исполнилось восемь лет, он пошел в школу. Как только научился читать, Евангелие стало его настольной книгой. Виталий часто убегал молиться в кукурузное поле или прятался в камышах у реки, а потом вырыл в огороде яму и подолгу молился там. Впоследствии, в письме к духовной дочери, отец Виталий так вспоминал об этом времени: «В юности работал в колхозе, но не давали мне зарплаты. <...> А не давали за то, что ежели среди седмицы праздник, то я бросал работу – и в Божий храм. Вот и не давали».

С 14 лет он взял на себя подвиг странничества. Часто ночевал в стогах сена в поле или в заброшенном сарае. Многое пришлось пережить праведнику; однажды, скрываясь от преследователей, он даже ночевал, зарывшись в сугроб. В 16 лет отправился в Таганрог, где слепой прозорливый старец Алексий благословил его на монашество. В 1948 г. Виталий поехал в Свято-Троице-Сергиеву лавру, только что открывшуюся после войны, и некоторое время помогал восстанавливать монастырь. Так как у него не было документов, принять в число насельников обители его не смогли и посоветовали поехать в Глинскую пустынь.

В эти годы продолжателями традиций Глинских старцев были настоятель монастыря схиархимандрит Серафим (Амелин) (1874–1958), схиигумен Андроник (Лукаш) (1889–1974) и иеросхимонах Серафим (Романцов) (1885–1976), ныне прославленные в лике преподобных. Последний, бывший братским духовником, строгим и требовательным, стал духовным отцом Виталия.

Старательно избегая греха осуждения, отец Виталий сразу пресекал недовольство ближними, если оно у кого-то возникало. «Надо себя хулить, винить, пороть, наказывать, а всех любить, считать Ангелами», – писал он в одном письме. В 1954 г. в Таганроге тяжелобольного подвижника положили в больницу. Врачи диагностировали туберкулез в последней стадии и сказали, что ему остались считанные дни. Но подвижник выжил. Господь сохранил Своего избранника – ради страждущих, которым предстояло по его молитвам встать на путь истинный. 

Где бы ни странствовал Виталий, он всегда возвращался в Глинскую пустынь к духовному отцу старцу Серафиму. В 1958 г. духовник решает направить его на Кавказ. Ночью старцы Серафим и Андроник постригли его в рясофор. Инок Виталий отправился в Сухуми, а оттуда – в горную местность Барганы.

Однажды инок Виталий, переправляясь через горную реку, упал в ледяную воду и простудился. Из-за последовавшего обострения туберкулеза пошла горлом кровь. Чувствуя серьезность своего положения, подвижник стал умолять пустынника иеромонаха Мардария (Данилова), чтобы он тайно постриг его в мантию, ссылаясь на то, что желает умереть монахом, а благословение старца Серафима испросить невозможно – реки в горах разлились, перекрыв дорогу в город. Отец Мардарий согласился, и при постриге Виталию дали имя Венедикт. Духовник, отец Серафим, узнав о тайном постриге, долго сердился, но потом простил его.

В середине 60-х гг. монах Венедикт принял тайную схиму с именем Виталий. В 1969 г. по благословению старца Серафима отец Виталий отправился в Тбилиси к владыке Зиновию (Мажуге). Там в 1976 г. владыка Зиновий рукоположил его в иеродиакона, а через несколько месяцев – во иеромонаха. За день до этого события, 1 января 1976 г., отошел ко Господу его духовный отец схиархимандрит Серафим (Романцов).

По свидетельству духовных чад отца Виталия, он отличался крайней нестяжательностью: никогда не носил хорошей одежды, всегда ходил в стареньком подряснике. У него никогда не было денег – все, что ему присылали, он в кратчайший срок раздавал нуждающимся, следуя слову одного пустынника: «Не дай полученным тобою деньгам переночевать в твоей келье». Подвижник обладал особым свойством видеть души других людей, часто, чтобы не смутить человека, имеющего нераскаянный грех, отец Виталий поступал как блаженный старец Павел Таганрогский: обличал прикровенно, приписывая чужие грехи себе, или же ругал за них находящуюся рядом келейницу.

Множество разных людей приходило к отцу Виталию, и ни один человек не вызвал у него какого-либо неудовольствия или раздражения. В его сердце никому не было тесно – все ощущали на себе его внимание, сочувствие, теплоту, любовь. Он радовался с радующимися, плакал с плачущими и служил каждому как Самому Христу. Для отца Виталия не было большей боли, чем видеть, что человек духовно погибает. И он готов был терпеть любое безчестие, укоризны и искушения, лишь бы поддержать падающего, принести ему духовную пользу. 

Живя в Тбилиси, старец ежедневно отвечал на письма своих духовных чад. Вот отрывок из письма подвижника: «Что же делать? Как поступать? Всем одно прибежище и отрада: Господь и Матерь Божия. <...> Молись, душа моя, особенно Иисусовою молитвою, которая все приведет в надлежащий порядок. Проси у Господа и Матери Божией умудрить во спасение и научить всему священному. <...> Во грехах будем каяться, исповедоваться, сокрушаться, в молитвах пребывать, и себя каждый должен во всем окаявать, что сами виновны, а не кто другой, тогда скоро услышит нас Господь. Авва Макарий говорил: «Если мы будем помнить о зле, какое сделали нам люди, – в нас ослабеет памятование о Боге, если же будем помнить о зле, наносимом демонами, – будем безопасны от стрел их». Авва Ор говорил: «В каком бы искушении ты ни был, не жалуйся ни на кого, кроме себя, и говори: это случилось со мною по грехам моим». Авва Пимен говорил: «Если будешь молчалив, то найдешь покой везде, где бы ты ни жил. Все свои просьбы возложим на волю Божию, и чего не исполнит Господь по нашему желанию и просьбе – будем довольны. Он лучше знает, что нам для спасения полезно». <...> Итак, возрадуемся и возвеселимся о делах Божиих, превосходяй всяк ум человеческий. Все у Бога и от Бога, Ему слава с Сыном и Святым Духом во веки, аминь».

Безропотное терпение скорбей и трудностей, которое проистекало от безграничного доверия Господу как своему Отцу, преобразило его настолько, что он стал земным Ангелом и небесным человеком. Трудно, да и невозможно нам проникнуть в эту тайну взаимоотношений Бога и человеческой личности. О духовном облике этого подвижника мы можем судить лишь по внешним проявлениям его сокрытой в Боге жизни.

Почил схиархимандрит Виталий 1-го декабря 1992 г. По сей день он помогает всем, кто верит в силу его молитвенного предстательства перед Богом.

Необыкновенно смиренного и любвеобильного наставника ― схиархимандрита Виталия (Сидоренко) ― явил Господь в не столь отдаленное от нас время. Его смирение и всецелое послушание старцам, до полного отсечения своей воли, — то главное, чему должен научиться каждый новоначальный послушник, хорошо показывает один случай, произошедший еще с юным Виталием. Отец Серафим велел ему переложить поленницу дров. Он переложил. Отец Андроник велел переложить обратно. Виталий переложил на прежнее место. Возвращается отец Серафим: «Почему не сделал?» Виталий побежал за отцом Андроником, и тогда ему досталось от обоих. Но смиренный подвижник перенес этот случай, как и многие подобные, без ропота и уныния, взяв вину, как всегда, на себя. Таким смиренным он оставался до конца жизни, имея многих духовных чад. Каждого человека он любил, в каждом чтил образ Божий, всем кланялся в ноги и всем служил. Когда за духовным советом к нему приезжали пастыри, он подобно Господу, омывал им ноги. И с такой же любовью и уважением он обращался со всеми, кто к нему обращался. Даже своих гонителей за веру он любил по слову Господа: Любите врагов ваших, благотворите ненавидящим вас, благословляйте проклинающих вас и молитесь за обижающих вас.  Ударившему тебя по щеке подставь и другую, и отнимающему у тебя верхнюю одежду не препятствуй взять и рубашку. Всякому, просящему у тебя, давай, и от взявшего твое не требуй назад (Лк. 6:27-30). Дословно исполнял он эти повеления Божии — за избивающих его до смерти милиционеров, он молился как за своих благодетелей и называл их Ангелами-Хранителями. Все подарки своих чад он тут же раздавал ближним.

За его праведную жизнь Господь дал старцу такую память, что он помнил всех, кто хотя бы один раз к нему обращался за духовным советом, и даже их родственников, и их жизненную ситуацию. Много любви и терпения требовалось старцу, чтобы привлечь человека к Богу, пробудить в нем желание спастись. «Царским путем» вел отец Виталий своих чад — никогда не нагружал большим молитвенным правилом, не советовал браться за чрезмерные подвиги. А себя никогда не жалел. Клал за страждущих бесчисленные поклоны, ставил свечи, молился за тех чад, кто за тысячи километров взывал: «Отец Виталий, помоги!». И они вскоре убеждались, что старцу были открыты не только их нужды, но и их помышления. Дар прозорливости, по смирению скрываемый батюшкой, помогал ему в старческом служении. Однажды он сказал: «Если бы любовь имели — стены бы разошлись, и вы всегда могли быть со мною, видеть меня». По большой любви к своим чадам старец душою всегда пребывал с ними, где бы они ни находились.

Задать вопрос Наверх